Теперь я могу управлять электричеством. Интервью с XLAB

Уважаемые читатели, сегодня мы беседуем с Антоном Никоноровым — директором по бизнес-развитию VR-компании Xlab. Виртуальная реальность используется компанией для создания учебных центров, предназначенных для обучения сотрудников крупных предприятий.

Дима: Добрый день, Антон. Давай начнем с самого начала: расскажи, чем занимается Xlab?

Антон НиконоровАнтон: Привет, Дима. Я начну по порядку, издалека. Изначально костяк нашей команды четыре года занимался виртуальной реальностью. Какое-то время назад они ушли со старых мест и открыли свою фирму. На данный момент основными нашими заказчиками выступают Уральские заводы. Мы делаем виртуальные тренинги для обучения персонала: воспроизводим различные ситуации на заводе, плюс обучаем работе со сложным оборудованием.

Дима: Объясни, пожалуйста, как вы работали с виртуальной реальностью четыре года. Вот, например, самый первый Oculus Rift DK1 – ему столько еще нет.

Антон: Виртуальная реальность – понятие растяжимое. Существуют системы CAVE – до этого многие из нас работали с ними. Когда-то давно интегратор КРОК анонсировал центр 3D-решений – это решения 3D, VR, AR и прочие. В демо-зоне центра было установлено всё, что можно было купить на рынке – от потребительских до полувоенных и сверхдорогих технологий. Наши программисты – как раз оттуда. Мы зарегистрировались как фирма год назад.

Дима: То есть вы были частью команды КРОК?

Антон: Да, кто-то был оттуда, кто-то извне, сам по себе.

Дима: А теперь, работая с большими компаниями, вот, например, с заводами, чем вы занимаетесь?

Антон: При любом более-менее большом предприятии есть собственный учебный центр. Конкретно для такого учебного центра нами год назад началась разработка, а после была успешно внедрена виртуальная лаборатория. То есть в 3D-пространстве создается некая сложная и большая установка, задаются сценарии в формате игры. Она реализована как сетевая игра: здесь есть большое количество персонала, операторов, разных начальников, инженеров. И у каждого есть своя инструкция, свой процесс.

Это было сделано в формате игры на компьютере, а после переделано нами в формате виртуальной реальности с погружением. Операторов сложного оборудование лучше всего учить в виртуальной реальности.

Дима: То есть вы разрабатываете обучающие комплексы с использованием технологий виртуальной реальность. А что вы используете? Gear VR, Rift, Vive?

Антон: Мы используем Oculus Rift DK2, как самое доступное решение. Мы изначально пробовали Gear VR, но телефоны пока такие модели не тянут. В качестве манипуляторов мы используем либо Leap Motion, либо Playstation Move. Вот Move нам очень понравились. Хотя у них нет специального портирования под ПК, но есть любительские драйвера, которые нам удалось собрать и улучшить.

Дима: Расскажи, пожалуйста, про лабораторию, что она представляет? Это как CAVE, какая-то пустая зона, которую вы наполняете контентом?

Антон: Вот конкретный кейс. Есть цех, занимающий четырехэтажное здание по 3000 квадратных метров на каждом этаже. Там установлена куча оборудования. На моделинг этого цеха у нас ушло три месяца, где-то столько же ушло параллельно на программинг.

Вот представь: учебный класс, стоят компьютеры. Часть из них со шлемами и манипуляторами, а часть – просто компьютеры. Тот контент, который мы можем адаптировать в виртуальной реальности, у нас там. А большой и тяжелый контент, где надо перемещаться, выполнен в виде своеобразной игры. Вот раньше работники приходили на урок и читали скучные инструкции. А сейчас они приходят в центр повышения квалификации, и у них вместо инструкций есть красивая интерактивная игра.

Дима: То есть вы, по сути, используете VR как инструмент?

Антон: Да, как дополнительный инструмент. Мы недавно беседовали с представителями министерства образования: что сейчас считается обучающим материалом, обучающей методикой? Считается то, что прошло исследование, то есть нужно выпустить хотя бы один курс в VR, и один курс по старой методике, и провести анализ эффективности. Хотя пока в виртуале этого никто не делал.

5

Дима: А в чем ваша самая сильная компетенция? Вы делаете сложные технологические проекты в VR и AR, и работаете так же давно, как мастодонты Vizerra и EligoVision.

Антон: Наша самая сильная компетенция – это «железо». Мы можем воспроизвести и подключить с нуля любое устройство. Наша основная и ключевая штука заключается в том, что в виртуальной лаборатории мы подключаем реальное оборудование. То есть учение нажимает в VR кнопку, а здесь включается реальный мотор.

Вот у вас в университете наверняка были «лабы» – лабораторные работы в специально оборудованных кабинетах. И там стояли макеты. Наша учебная обычная лаборатория сделана примерно по тому же принципу – для воспроизведения реального оборудования в масштабе, работающего макета. Вот взять электрические трансформаторы, генераторы, установки. Их же не притащишь в лабораторию, поэтому делается миниатюрный макет.

И мы такое оборудование – то, что невозможно оцифровать, привести к математической модели – завязываем с VR и реализуем реалистичное поведение.

Это делается в том числе для того, чтобы техническим специалистам можно было обучаться удаленно. Раньше им надо было приехать на завод, чтобы попрактиковаться. А теперь каждый может подключиться удаленно, и не важно – в шлеме, без шлема. Он может зайти и скачать программу на Unity или через webVR, зайти и выполнить задания, потренироваться, а результаты эксперимента будут соответствовать реальным, потому что в этот момент он взаимодействует с реальным оборудованием.

Это еще и безопасно. Однажды мы работали над проектом для РЖД по работе на кране, который ездит по рельсам и поднимает шпалы. В РЖД хотели обучать специалистов в VR, чтобы падали не настоящие, а только виртуальные шпалы.

Дима: Расскажи, пожалуйста, про сложность. Насколько у вас сложные проекты такого рода взаимодействия физических объектов с виртуальностью? Например, андронного коллайдера у вас нет, а что есть?

Антон: Из реализованных масштабных проектов есть подстанция на 220 тысяч вольт. К ней подключены линии электропередач и от этой подстанции питается весь завод. Она воссоздана в масштабе в виде лабораторных стендов, они же соединены с виртуальной частью и студент может пройти по подстанции, выполнить какие-то переключения. Причем всё будет безопасно, потому что любая ошибка может привести к очень печальным последствиям.

7

Дима: А вы как-то рассказываете эту историю, рекламируетесь?

Антон: Мы пока что только начали выводить свои проекты. Кроме того, до этого у нас не было такой должности, как сейчас у меня – директор по развитию, и я сейчас в меру своих возможностей пытаюсь это «пиарить». Пытаюсь понять, какой у нас AR/VR рынок, где не испугаются наших предложений.

Дима: Сколько у вас стоит минимальная система, чтобы построить интерактивную лабораторию? Есть ли у вас минимальные требования к заказчику?

Антон: Все осуществляется поэтапно. Первое время мы выявляем потребности у клиента. Например, у нас была интересная задача, она еще не реализована: есть завод, занимающийся сборкой двигателей. Когда увольняется мастер сборочного участка, обычно после этого несколько месяцев никто не знает, как двигатель правильно собрать. Для них идеально подойдет интерактивная инструкция по сборке – в 3D или в дополненной реальности.

То есть мы выявляем потребность, потом показываем, как можно решить эту задачу. Едем на объект, фотографируем объект со всех сторон, иногда применяем 3D-сканирование, чтобы воссоздать 3D -модель. Потом по фотографиям либо 3D-скану создается 3D-модель, накладываются текстуры, доводится до ума. Дальше эта модель используется в программе и потом уже внедряется у заказчика.

Дима: Какие у вас были самые крупные проекты?

Антон: Основное, чем мы гордимся, это уральская горно-металлургическая компания. Мы делаем для них уже третью лабораторию. В прошлом году мы успешно реализовали и сдали первую, и им так понравилось, что они заказали еще три.

Дима: Сколько сейчас трудится человек в вашей компании?

Антон: В Екатеринбургском офисе у нас три человека. Удаленных я даже не могу посчитать, в моей команде еще три человека. В команде, которая занимается 3D-моделлингом, еще человек пять. Есть еще программисты, есть ребята из Москвы, из Санкт-Петербурга.

6

Дима: То есть вы существуете четыре года в составе разных команд, и уже год как отдельная самостоятельная команда под своим брендом?

Антон: Да, верно.

Дима: Вы пытаетесь еще привнести что-нибудь в сферу образования?

Антон: В сфере образования сейчас всё бурлит и кипит. Появилась международная ассоциация Worldskills Russia, которая пытается заменить обычные скучные практические дипломы сварщиков, пекарей и так далее на практический экзамен. Если ты, скажем, сварщик – вари.

И вот в России WS это дело подтянула а президент поддержал, так что три или четыре года все началось с Урала и пошло внедряться дальше. Проводят международные чемпионаты.

К чему я это. Разные техникумы и училища сейчас пытаются менять свои программы. Потому что когда они выходят на эти соревнования, то студенты заваливают их по полной программе и не набирают никакие баллы. Они меняют свои программы, А мы пытаемся получить аккредитацию, чтобы некоторые из этих курсов можно было использовать сделать в VR. Гораздо легче купить VR и обучить в ней человека, чем покупать реальное оборудование. Вот такие у нас большие планы.

Дима: Скоро у нас планируется несколько мероприятий, планируете ли вы приезжать? В Санкт-Петербурге 3 сентября будет Unreal Fest, а 24 сентября в Москве будет MIXAR 2016.

Антон: Да, мы будем на MIXAR — нам предложили выступить и рассказать про взаимодействие с крупными заводами, про VR и крупных заказчиков.

Дима: Честно говоря, я не знаю, что может тебя удивить на этом мероприятии, но если ты представишь своё figital-решение, когда у тебя есть связь виртуальности и реальности, то, я думаю, многих это заинтересует.

Антон: Мы поэтому и пошли в эту область, потому что здесь никто не работает. Все предпочитают работать либо в виртуальной, либо в смешанной реальности. Практически никто в мире не стал объединять технику с виртуальным миром. Кстати, на нашей технологии можно легко сделать парк The Void, по сути там виртуальный мир так же связан с реальным.

Мы думали «по фану» реализовать для себя в Екатеринбурге нечто подобное. Хотя есть очень большой вопрос к трекингу человека, так как те решения, которые сейчас есть на рынке, работают с погрешностью порядка 2-4 сантиметра, а это уже совсем некомфортно. Можно, конечно, разработать свою «железку», но на парке она вряд ли окупится.

Дима: Как ты думаешь, что виртуальная реальность нам покажет в дальнейшем?

Антон: Я думаю, что эту сферу в ближайшие годы ждет прорыв. Как это произошло со смартфонами, они удешевили остальные компоненты электроники – экраны, процессоры, пошли разные Arduino, Raspberry pi. То же самое произойдет и с системами motion-traсking: определенное количество VR-девайсов, которые скоро хлынут, будут использовать эту элементарную базу. И в цене камеры сильно свалятся до каких-нибудь разумных $30 за штучку.

Дима: Антон, большое тебе спасибо за интервью. Надеюсь скоро встретиться на MIXAR2016, а пока что пожелаю вам удачи в вашей непростой работе с такими большими заказчиками.