Как поучиться у VALVE и поработать с Роскосмос – история создателей российских бэкпэков NODE VR

Героем этого интервью стал Максим Чижов, основатель первой в России сети клубов виртуальной реальности Virtuality Club. Уже одно это достойно отдельной беседы, однако на этот раз тема разговора коснулась компании NODE VR, так же основанной Максимом. Деятельность NODE VR заключается в разработке мобильных VR-Ready систем в виде рюкзаков (бэкпэков). Кроме того, у компании есть грандиозные планы на будущее, какие — читайте в нашем интервью.

Дима: Сегодня мы в гостях у Максима Чижова и будем общаться по поводу одного из его проектов – NODE. Максим, расскажи, почему вы решили заняться оборудованием, рюкзаками, мобильной VR?

123

Максим Чижов и HoloLens

Максим: Привет, Дима. Была потребность. Любой потуг рождается со спроса на него. Если это кому-то нужно, значит, есть и те, кто это делает. Общаясь с разработчиками и даже основываясь на своем личном опыте, мы начали делать Hi-End entertainment. И мы понимали, что основная составляющая системы с полным погружением – это шлем, трекинг и рендеринг. А остальные дополнительные эффекты, либо контроллеры – это всё сверху, это надстройки.

Во всех этих направлениях у нас есть экспертиза. Мы первые запустили в России шоурум, где можно было попробовать систему с полным погружением. За полгода через него прошло более 100 человек, и многие топы из крупных компаний, в том числе Mail.ru, Яндекс, Unity, Nival и даже Артемий Лебедев.

В определенный момент мы поняли, что развивать эту тему не настолько интересно с точки зрения долгосрочных планов и решили углубиться в технологическую платформу, а именно ее аппаратную часть. Парки развлечений, аттракционы – всё это работает на какой-то системе, кто-то поставляет туда оборудование, так как разрабатывать все самим это трудоемкое и наукоемкое занятие.

Мы проанализировали рынок и увидели, что существует такая потребность, и начали заниматься разработкой в начале 2016 года. Тогда еще не было анонсов ни от MSI, ни от HP, они не говорили о том, что что-то будут выпускать.

Тогда мы поняли, что это ниша. По сути, есть ноутбуки, и есть ПК. Чтобы их совместить, нужно сделать какую-то гибридную систему. То есть это должен быть ноутбук с десктопной видеокартой внутри, либо стационарный компьютер с батареей, которой будет хватать на долгое время работы.

Дима: Когда мы говорим про ноутбуки, мы говорим про MSI, Alienware, Apple, HP. И как мы знаем, нет ни одного российского производителя ноутбуков. Есть сборщики, но не производители. Скажи, как вы приняли решение завозить эти ноутбуки?

Максим: Мы тоже не являемся производителями игровых ноутбуков. Мы используем комплектующие от известных мировых фирм типа Intel, NVIDIA и так далее.

3

Дима: Расскажи подробнее, как произошел этот момент, когда вы решили завозить noname, или точнее свой-brand-name ноутбуки?

Максим: Мы поняли, что нет такого решения, которое могло бы заменить то, что нам нужно — по характеристикам и по составляющим. Мы сделали так, чтобы эти ноутбуки были максимально оптимизированы под VR. Мы уточняем у заказчика, что ему нужно и для каких целей, а дальше под эти требования можем убрать из финального продукта лишние компоненты, или заменить какую-то деталь на другую, сделать его брендированным и т.п..

Хочу сказать, почему мы не стали покупать «железо» других брендов. Когда мы еще начинали разработки, то не было видеокарт NVIDIA 10xx. И так как мы являемся уникальными поставщиками решений для VR в России, то для нас специально сделали партию ноутбуков с этими видеокартами – мы подписали соглашение о неразглашении. Мы протестировали эту линейку и поняли, что это то, на чем следующее поколение VR будет работать максимально хорошо.

Когда мы протестировали решения в виде мобильных переносных станций (рюкзаков) на своем примере, то начали искать заказчиков. Первые клиенты появились очень скоро. Основные заказчики для нашего продукта — это парки развлечений, парки виртуальной реальности, которые сейчас появляются практически во всем мире.

На разных этапах при создании данных парков у команды возникают сложности. У кого-то проблемы с трекингом, который надо удешевить, у кого-то проблема с локациями. Кто-то сталкивается с проблемами производительности из-за мощного контента, а при наличии сетевой составляющий требования растут.

Помимо парков развлечений, есть компании, которые занимаются промышленными решениями, обработкой видео 360. Сейчас есть такая популярная тема, как стриминг видео 360. Для стриминга видео его нужно заранее обработать, а потом передавать – это очень большая нагрузка на каналы передачи данных. Это уже не Full HD сигналы, а совсем другой уровень.

4

Дима: Есть компания Prosense, которая специализируется на этом.

Максим: Да, они в том числе могут использовать наше оборудование А есть другое направление –например, мобильные дроны, которые могут записывать сферическое видео, обрабатывать его в онлайн режиме и передавать уже готовую картинку куда-то на телеэфир.

Дима: Это, кажется, то, что делает Samsung. У них есть линейка камер, которые передают изображение на телефон, и телефон сам занимается обработкой. То есть телефон выступает в качестве фермы.

Максим: Совершенно верно, но там есть ограничения по качеству и по длительности видео. Для профессиональных студий или телеканалов — это важные моменты. Например, есть потребность вещать 360-онлайн трансляции автомобильных гонок. Для того, чтобы это сделать, надо ставить оборудование на болиды. И на такой скорости ты просто не сможешь стримить по Wi-Fi и нормально его обрабатывать.

Дима: То есть мы сейчас говорим про аудиторию профессионалов. Это не массовый рынок, а узкопрофессиональный, так?

Максим: По сути, да. Это как раз более мощные и продвинутые решения, специально для тех, кому такие нужны.

Дима: Если мы говорим про Hi-End решения, сколько стоят такие системы?

Максим: Минимальная система на видеокарте 1060, Core-i5 и 8 Гб оперативной памяти стоит от 160 тысяч рублей. Это с дисплеем 15 дюймов, компактный вариант.

Дима: 160 тысяч. И где тот предел, с которыми вы работаете? Или ваши решения все кастомные и вы можете сделать, что угодно?

Максим: Конечно, всё кастомное. При необходимости можно сделать 64 ГБ памяти, поставить две видеокарты 1080, самый мощный десктопный процессор и дисплей с разрешением 4К. Можно сделать ноутбук и до 400 тысяч рублей. Всё зависит от потребностей. Например, 1060 многих не устраивает, берут 1070 – не самый лучший, но и не худший вариант.

5

Если я беру модель GTX 1080, то понятно, что ноутбук будет работать меньше времени на одном заряде. Сейчас у нас самый мощный ноутбук без подключения питания на полной нагрузке со запущенной игрой в шлеме работает 45 минут.

Дима: А приложение влияет на нагрузку?

Максим: Конечно, влияет. Если это требовательное приложение, которое полностью загружает видеокарту, то батарея будет быстро разряжаться.

Дима: Вы выбрали, как ты сказал, технологическую, наукоемкую составляющую, которая будет являться фундаментом для дальнейшего поколения виртуальной реальности, будь то парки или другие центры. Вот этот момент: почему сейчас? Почему вы не стали это делать раньше, или откладывать на потом? Почему сейчас, у вас был какой-то триггер?

Максим: Почему мы стали делать рюкзаки? Это чисто коммерческая история. Мы анализировали рынок и видели, что таких решений нет на рынке. Мы пообщались с несколькими компаниями, кто занимается этим, и спросили: интересно ли, если для вас разработают такое решение?

Буквально сразу стали появляться заказы. Если появляются заказчики, то почему бы не продолжать заниматься этим? Было бы глупо забрасывать. Примерно через 2-3 месяца, мы заметили, что появились анонсы зарубежных компаний. После первых продаж и первых сделок, которые у нас были, остальные компании выпустили свои линейки на GTX10хх, и в ближайшее время к концу года, насколько мы знаем, они начнут продажи своих рюкзаков. Можно ждать их, а можно пользоваться тем, что сейчас есть – всё зависит от скорости реализации и потребностей.

Дима: То есть я правильно понимаю, что вы, в отличие от больших компаний, можете подобрать решение для клиента, кастомизировать компьютер под его нужды? То есть сделать то, чего не делают ни Asus, ни MSI.

Максим: По сути да. Анализируя запросы от тех компаний, которые сейчас нуждаются в наших решениях, мы понимаем особенности разработки и потребности в дополнительных элементах (укороченные провода для HTC Vive, dongle имитации работы монитора для вывода изображения на мониторы и др.). Крупные бренды стремятся делать максимально дешевое решение, не думая, что будет просадка производительности, а это очень сильно влияет на полное погружение. Когда человек находится в игре, то любой лаг, любой «провис» или задержка сильно влияют на общий эффект.

Из отличий от схожих решений на рынке, мы делаем наши рюкзаки непосредственно на десктопных процессорах, а не на мобильных.

6

Дима: Максим, ты все время говоришь «мы». Представь, пожалуйста, своих партнеров, свою команду. Сколько человек было в начале, кто эти люди?

Максим: Сейчас у нас в команде семь человек. Есть люди, которые отвечают за техническую реализацию решения. Есть те, кто отвечает за софт, за общую концепцию. Команда пока небольшая, но есть планы развивать всё и в других направлениях.

Дима: Расскажи про тот путь, который вы проделали от первой модели тряпичного рюкзака до пластиковой модели №2?

Максим: Месяца четыре назад мы поняли, что нужно с тряпичного рюкзака переходить на пластиковую модель. Тряпичный мы делали под заказ – как оболочку для 17-дюймового ноутбука. В нем мы реализовали несколько дополнительных мест, где можно прикрепить своё брендирование и дополнительные элементы, например, батареи.

Позже в процессе customer development, когда мы общались с клиентами и узнавали их пожелания по продукту, мы поняли, что есть ряд дополнительных вещей, которые они хотят иметь кроме обычной рендер-станции. Это скорость и время работы. В наших ноутбуках реализован функционал «горячей замены» аккумулятора – батарея разрядилась, подключили зарядное устройство, батарею заменили на заряженную и продолжили. Плюс должны быть внешние зарядные устройства для батарей.

Потом была потребность во внешнем аккумуляторе. Он тоже кастомизированный в зависимости от того, насколько тяжелым должен быть комплект и на сколько часов должно хватать заряда.

Теперь шлем. На данный момент мы работаем с двумя вариантами: Oculus Rift и HTC Vive. С Oculus Rift особых проблем нет – воткнул провод и все работает. А у Vive есть промежуточная станция (link box), которую тоже надо подключать к источнику питания.

И получилось, что ноутбук мы отвязали от проводов, а шлем остался. Нам нужно было придумать какое-то решение для шлема, чтобы питать сам Vive. Поэтому мы сделали отдельную батарею для шлема. Сейчас мы делаем решение с одной батареей, которое эмулирует дополнительное питание для ноутбука. С ним мобильная система будет работать автономно до двух часов, и туда же вставляется дополнительный провод от Vive. Это будет одна общая батарея и для ноутбука, и для Vive.

7

Дима: Почему именно пластик? Почему, например, не поролон? Понятно, что я фантазирую, потому что я не делал исследований, но все-таки?

Максим: Ну а что еще? Суть в том, что при большой нагрузке в закрытом пространстве ноутбук нагревается, нужно обеспечить вентиляцию. Во-вторых, нужен не сильно теплопроводимый материал: он должен быть типа кулера, который будет отводить тепло наружу, чтобы и человеку было комфортно, и не перегревалась сама система. Поэтому все-таки остановились на пластике.

Первые идеи, конечно, у нас были гениальными – мы думали использовать картон =) Картонные очки есть, почему бы не сделать рюкзак «Cardpack»? Но пока остановились на пластике, посмотрим, что будет дальше.

Дима: Сколько он весит? Я побыл у вас не очень долго, и я чувствовал вес. Что думаете по поводу уменьшения веса?

Максим: Та версия, которая используется сейчас – это ноутбук с 17-дюймовым экраном. С рюкзаком и компьютером всё весит 4,5 кг. Версия, которая идет на меньшем размере (15 дюймов) весит примерно 3,5 кг. Сейчас у нас готовится новая версия мобильного юнита, которая будет весить 1,7 кг. Это уже заявленная информация и это решение будет без лишних компонент. По сути, это будет системный блок с батареей. Он весит 1,7 кг, в нем есть 1070, мобильный процессор, SSD. Всё это ужимается до безумно маленького размера и засовывается даже в обычный тканевый рюкзак. Это уже не ноутбук, у него нет экрана, нет клавиатуры, он не открывается. Это просто мобильный юнит.

Дима: Что еще будет в версии 3.0?

Максим: Как я уже говорил, дальше будет единое питание для ноутбука и шлема. И в основном будем решать проблему с совместимостью, с задержкой.

Дима: Эта система может быть интересна физическим лицам? Если да, то зачем?

Максим: Почему бы и нет. Есть аудитория, которой нужно самое мощное, самое последнее и прямо сейчас.

Дима: Какие у вас дальнейшие планы насчет NODE? Вы думали на счет создания агентства, которое обслуживает корпоративных клиентов?

Максим: Да, это одно из направлений работы компании — делать аппаратную платформы для полного погружения.

079_img_0963_ed

 

Дима: Включая свою систему отслеживания движения?

Максим: Если говорить о таких системах трекинга, как Vicon, OptiTrack и тому подобных, то они не нужны для VR, это слишком дорогие и профессиональные решения. Они созданы для биомеханики и более сложных задач. Для VR нужно что-то более простое.

Мы узнали, что Valve запустила свою программу по доступу к их трекингу и организовала курсы для обучение специалистов по трекингу. Мы как раз попали в одну из первых программ и прошли обучение в Сиэтле.

В ближайшее время на рынке будет появляться все больше интересных гаджетов, контроллеров, девайсов имеющие в своей основе датчики трекинга Vive. Такие устройства будут работать с системой отслеживания движений для HTC Vive, цена комплекта которого 799$.

На сколько нам известно, на данный момент, мы единственная на российском рынке компания обладающая официальной лицензией и сертификатом на производство устройств на базе трекинга Vive.

Дима: Да, это очень интересно, тянет на еще один материал. Мы обязательно к этому потом вернемся.

Максим: По поводу проектов, который сейчас мы реализуем. В процессе реализации проекта «Роскосмоса» для подготовки космонавтов к внекорабельной деятельности нам нужен костюм и мобильная система полного погружения. Космонавтам для работ на космической станции, необходимо слаженное и уверенное взаимодействие между друг другом, взаимодействие с системой, мелкая моторика, передвижение, работа с оборудованием.

Раньше подготовка космонавтов проходила либо в специальных аквариумах с гидроневесомостью, либо в самолетах, но каждая подготовка стоит очень дорого. Сейчас технологии дошли до того, чтобы проводить тренировки на земле – есть специальные системы, которые имитируют невесомость, скафандры повторяющие нагрузку на орбите. Наша задача – сделать систему трекинга всего скафандра, который используется космонавтами и начать тренировки космонавтов для работ на космической станции с возможностью взаимодействия с ней и с другими людьми.

9

Кроме обучения от HTC/Valve поездка в США также полезна посещением VR-лаборатории NASA, руководство которой пригласило нас для обмена опытом по поводу применения виртуальной реальности в космонавтике.

Дима: Звучит как эпилог к книге научной фантастики.

Максим: А ведь впереди еще так много сфер применения VR: медицина, обучение, военная промышленность, ритейл, недвижимость, образование и в каждой из них, с появлением новых VR решений, появляется огромное поле для новых проектов в сфере виртуальной реальности.

Дима: Что же, всё это звучит очень, очень интересно. Удачи вам в США и NASA, я думаю, что позже мы снова встретимся и поговорим о ваших новых планах и достижениях. Спасибо за интервью!